В память о предках
На республиканской конференции школьников «Юность в древнем Биляре» юные исследователи представили множество работ, посвященных различным вопросам. Среди них есть и исследования, связанные с историей родного края. Так, участник военно-исторического клуба «Звезда» Геннадий Савиных представил работу, посвященную жертвам контрреволюции в годы Гражданской войны.
Научным руководителем работы «Жертвы борьбы Советской власти с проявлениями контрреволюции на территории Алексеевского района в годы Гражданской войны» выступил сотрудник музея родного края им. В.И. Абрамова Владислав Осянин.
Актуальность работы связана с тем, что в этом году в России исполняется 100 лет с начала полномасштабной Гражданской войны. Весной 2018 г. Музей родного края им. В.И. Абрамова при грантовой поддержке Правительства Татарстана издал брошюру «Путь в огне и тревоге Гражданской войны», где описаны события данного военного конфликта на территории современного Алексеевского района. Эта брошюра выполнена на основе имеющегося в музее рукописного краеведческого архива. Также там приведён внушительный список наших уроженцев, которые принимали непосредственное участие в боевых действиях.
Данное исследование является по сути продолжением изучения вопроса событий Гражданской войны в Алексеевском крае на основе Книги Памяти репрессированных по политическим мотивам жителей Татарстана в 1918-1987гг. в той её части, которая связана с периодом 1918-1921 гг, т.е. периодом Гражданской войны.
Эта книга печаталась и издавалась в Казани с 2000 по 2014 гг., и представляет собой алфавитный список жертв политических репрессий в 27 томах. При изучении данной темы использовались тома с 1 по 18, так как остальные содержат информацию о раскулаченных жителях республики в период коллективизации.
Проведённое исследование выявило 80 наших уроженцев (из них только одна женщина), так или иначе пострадавших от действий карательных органов Советской власти непосредственно в годы Гражданской войны, а также 11 человек, репрессированных в 1930-е годы, но по обвинениям, связанным с их деятельностью в период Гражданской войны (как правило, это служба в белой армии). Эту последнюю категорию мы не рассматривали, и речь пойдёт об упомянутых 80-ти персоналиях.
Социальный состав жертв таков: 45 человек – крестьяне (большинство), красноармейцы – 12 человек, по сути, те же крестьяне, но находившиеся в тот момент на службе в РККА; работники сельских советов и исполнительных комитетов – 8 человек, тоже, как правило, крестьянского сословия; рабочих и ремесленников разных специальностей (штукатур, судостроитель, плотники, мельник, десятник, кузнец, поломойка) – 9 человек; служащих – 3; священников – 2; у 2-х род занятий и социальное происхождение не указаны.
Возрастной состав: года рождения указаны у 68 человек. средний возраст – 41,5 лет; самому младшему на момент ареста было 19 лет, а самому старшему – 64 года.
Национальный состав: русские - 55 человек (большинство), 13 – мордва, 11 -татары, в том числе 6 - крещёные.
Населённые пункты, уроженцами которых были эти люди, распределились таким образом: д. Малый Красный Яр и хутор Николаевка – 14 человек, село Лягушкино (ныне Родники прим. ред.) – 11 человек, с. Билярск – 11, д. Фёдоровка – 9, с. Кр. Баран – 6, с. Остолопово (Речное) – 5, по 3 человека из сёл Алексеевское и Ошняк, по 2 уроженцы Сахаровки, Караваево, Степной Шенталы, Ямкино, Левашёво и по 1-му из Андреевки, Базяково, Богоявленской Горки.
Большинство, 45 человек, были арестованы и осуждены в 1919 г. в разгар Гражданской войны. в 1918 г. – 14 человек (репрессивный аппарат только формировался), в 1920 – 15, в 1921 – 6. Снижение числа арестованных связано с удалением боевых действий от границ Казанской губернии и постепенным затуханием войны).
Большинство репрессированных были обвинены в контрреволюционной деятельности и заговоре. Их 29 человек. За участие в крестьянском (или вооружённом) восстании обвинены 22 человека. Среди обвинений были шпионаж, служба в «белой армии», выступления против изъятий хлеба и другое.
Виды наказания, понесённые обвиняемыми:
- были оправданы 15 человек;
- получили штраф 200 рублей – 12 человек (все в мае 1918 г. и все уроженцы с. Лягушкино и соседней Андреевки, осуждённые Спасским ревтрибуналом за контрреволюционную деятельность, суть которой в книге не раскрывается);
- попали под амнистию 6 человек;
- дело прекращено у 8 человек (стоит отметить, что обвиняемые не были оправданы, дело как бы было лишь приостановлено);
- 5 лет лишения свободы получили 9 человек (практически все они уроженцы дер. Фёдоровки, служили в одном и том же стрелковом батальоне РККА (или губернской Чрезвычайной Комиссии) и проходили по делу о «контрреволюционном заговоре» в феврале 1920 г. вместе с другими военнослужащими этого батальона. Суть и подробности этого «заговора красноармейцев» в книге не раскрываются и, возможно, это станет темой дополнительного исследования. Стоит отметить, что первоначальный приговор «заговорщикам» был относительно мягок – лишение свободы на время Гражданской войны, но осенью того же года сроки были заменены на более высокие и суровые, и лишь у двоих из них этот приговор был оставлен без изменения). По сведениям одного из создателей Книги Памяти Михаила Черепанова, все эти военнослужащие отказались принимать участие в подавлении «вилочного восстания» на территории Закамья, за что и были наказаны;
- 3 и 6 месяца, а также 1 год условно получили соответственно 11, 2 и 2 гражданина (подавляющее большинство из них принимали участие в «восстании», охватившем в сентябре 1919 г. несколько нас. пунктов по р. Шанталке - Красный Яр, Николаевка, Сахаровка, Степная Шентала. Думается, что причиной выступления крестьян были опять таки изъятия нового урожая хлеба, так называемая продразвёрстка. Данное событие заслуживает также дополнительного подробного исследования);
- были расстреляны 5 человек (это 52-летний мельник из с. Ромодан, выступивший против изъятия хлеба в сентябре 1919 г.; служащий конторы в г. Чистополь, уроженец с. Билярск (возраст не указан), за то что добровольцем вступил в белую армию в 1918 г.; 50-летний уроженец с. Левашёво, в г. Омск обвинённый в шпионаже; 51-летний уроженец с. Билярск, проживавший в Одессе, причина ареста которого не указана; 34-летний красноармеец из с. Караваево, обвинённый в участии в вооружённом восстании на Туркестанском фронте в 1921 г.);
- 3 человека заключены в концлагерь или осуждены к принудительным работам на время Гражданской войны, в том числе и крестьянин из с. Ромодан, обвинённый в убийстве комиссара (здесь нам остаётся только гадать, почему за столь серьёзное преступление в период Гражданской войны обвиняемому был вынесен такой относительно мягкий приговор: то ли комиссар был не совсем уж и комиссар, то ли сам «пострадавший» каким-то образом своими действиями спровоцировал убийцу, что стало смягчающим обстоятельством);
- застрелен при попытке к бегству 1 человек (насколько попытка была реальной, остаётся на совести стрелявших).
Следует также сказать, что четверо из упомянутых лиц в 1937-1938 гг. повторно привлекались к ответственности по новым обвинениям.
Обвинительные или оправдательные приговоры нашим землякам выносили несколько организаций:
- в 1918-1920 гг. Казанская губернская Чрезвычайная Комиссия (или губ. ЧК), впоследствии Всетатарская ЧК – 28 приговоров;
- Казанский губернский революционный трибунал в 1919 г. – 28 приговоров;
- Спасский рев. трибунал в 1918 г. – 11 приговоров;
- Главное политическое управление ТАССР (ГПУ) в 1921 г. – 3 приговора;
- Чистопольская ЧК в 1918 г. – 1 приговор;
- Чистопольский рев. трибунал в 1920/1921 гг. – 3 приговора;
- Омская губ. ЧК – 1 приговор;
- Особый отдел Всероссийской ЧК Турк. Фронта -1 приговор.
У четверых орган обвинения не указан.
Каковы общие выводы?
В ходе исследования выявились следующие факты.
кроме известных событий Гражданской войны на территории Алексеевского района, описанных краеведами в прежние годы, а именно, боевые действия отрядов «белочехов» (Чехословацкого корпуса, выступишего против большевиков) и КомУча (белогвардейских отрядов армии Комитета Учредительного собрания) на территории Спасского уезда в 1918 г., захват и освобождение села Алексеевское и окрестных сёл отрядами армии Колчака в 1919 г, а также «вилочного восстания» в феврале-марте 1920 г., сейчас можно говорить о нескольких ранее неизвестных и неописанных значительных происшествиях в наших местах, не считая отдельных единичных арестов и приговоров.